Настенные часы

Настенные часы

Мне никогда не мешало тиканье Настенных с маятником часов Чтобы уснуть. Становится тихо мне От их простых и коротких шагов. Они идут. Они движутся меденно. Они дойдут непременно. Они Своими действиями размерянно Секунды складывают в дни. Пойду и я. Шаг за шагом. Получится И у меня всё решить, всё сложить. Моя мечта обязательно сбудется. Не нужно только стоять и спешить. Ну а сейчас своим ритмом дыхания, И сердца маятником в груди Иду ко сну я, чтоб все мои знания Сложились так, чтоб я смог их найти Для жизни, и для любви, для творчества, Для новых сказок и для стихов. Но это завтра. Сейчас мне хочется Уснуть под ритм настенных часов.  ...
Я есть

Я есть

Знаешь ли ты, что ты есть? Самым простым, но никогда не банальным образом — есть. Вот тут, в это мгновение — я есть и ты есть. А если сосредоточиться, присмотреться и прислушаться, то легко понять, что вместо «я есть» и «ты есть» есть только это «ЕСТЬ». Будь ты благословен и проклят — человеческий язык! Звуки, ощущения, образы, запахи и вкусы клубятся сквозь тебя и меня, составляя в каждое мгновение нечто мозаично замысловатое, выдающее себя за реальность. Но по-настоящему есть только вот это самое «есть». Это «есть» очевидно яснее, важнее и прекраснее, чем всё, что ты и я считаем собой или видим, слышим и чувствуем внутри и вокруг. Это «есть» и есть предельный «я» — чистый, искренний, живой, невероятно древний и стремительно молодой свежий источник всего. Из этого источника видно, как мы выхватываем спицами своего ума из общей живой ткани мира отдельные узелки, быстро опплетая, спутывая ими съедобную добычу, чтобы препарировать её на то, что будет вскоре считаться внешней реальностью, внутренней самостью и их глубоко зависимыми отношениями. Когда ты читаешь этот текст, вокруг тебя ткань мира успеет распуститься и сплестись неузнаваемо иначе. Будучи же ясной естьностью, эти хитросплетения видятся как постоянно изменчивые и никогда не постоянные игры света и тени, рождающие тёплые, прекрасные узоры с невообразимым разнообразием. В этом живительном вибрирующем разнообразии постоянно мутируют тончайшие структуры смыслов, идей, историй, имён и ценностей. И по-настоящему есть только единая нить естьности, автор, исполнитель, слушатель и инструмент великой музыки эволюции всего. Прямо сейчас можно почувствовать животворящую плоть продолжающегося великого эволюционного творчества. Только пойми, что ты — есть.  ...
Фильм о Стивене Хокинге

Фильм о Стивене Хокинге

Посмотрели художественный фильм 2004 года о Стивене Хокинге. Это потрясающе — сопереживать человеку, впервые осознавшему, что у Вселенной было начало. Вселенная в лице Хокинга вспомнила, что когда-то была совсем маленькой… Поразительно. А каково ощутить это самому?! Я, сделанный из звёздной пыли, непостижимым образом не просто материален. Я как-то могу мыслить. Как я мыслю? Как я осознаю себя? Я могу посмотреть на себя самого, но не могу при всём желании увидеть ничего конкретного. Всё, на что я смотрю в поисках себя, всё, что я нахожу как искренние ответы на этот самый элементарный вопрос — это не может быть мной, потому что всегда, всегда, всегда видящий не есть видимое. Я таким образом могу падать на себя, как коллапсирующая звезда. Я закончу писать и буду падать, падать, падать. И где-то глубоко внутри есть мой (мой ли?) горизонт событий, моя чёрная пустота. Здесь не существует пространства и времени. Здесь нечего, нечем и некому говорить, думать, осознавать. Это самое естество. Когда звёзды взрываются, видимо обретая окончательное просветление, они дают жизнь людям. Мы — наши тела — состоим из звёздной пыли. Наш разум освещает всё вокруг подобно звезде. Мы видим, слышим и чувствуем только потому, что на это падает свет нашего разума. Чему даёт жизнь разум, сколлапсировавший сам в себя и взорвавшийся изнутри? Кто будет состоять из того, что я когда-то считал собой? P.S. Всегда мечтал стать учёным, а стал философом. Вижу, что волоку сына в свою мечту восторгами от научных достижений. Надеюсь, что мне удастся не уменьшить, но сохранить его пространство выбора.  ...
Живые струны человеческих душ

Живые струны человеческих душ

Однажды у Марка Твена я обнаружил интересное наблюдение. Вот как его слова звучали в моей голове, пока я не решил найти оригинальную цитату: «В семь лет я боготворил своего отца. В четырнадцать я считал его круглым идиотом. Ещё через семь лет, когда мне шёл двадцать первый год, я удивлялся тому, как поумнел мой папаша!» У Твена нет слов о семилетнем возрасте, а его слова о четырнадцати годах ещё резче.1 Моя память сформировалась именно так по причине того, что меня иногда называют идеологом взросления — я занимаюсь этапами становления человеческой личности и систем, которые создают люди. Зная эти этапы, можно осознать себя и свою жизнь как направленный, целостный путь развития, можно точечно восстановить в себе упущенные навыки для жизни, можно уверенно планировать гармоничное воспитание ребёнка, можно наращивать внутреннее и внешнее богатство, собирая сокровища на земле и на небе, можно выстраивать большие и малые человеческие системы так, чтобы каждый человек находился там на правильном месте, имел правильную задачу и делал лучшее, на что способен. Слово «образование» имеет корнем слово «образ». Формирование нашего образа происходит всю жизнь и худшее, что может произойти с человеком, это иллюзорная уверенность в том, что ему нечему больше учиться. Действительно, образование как пожизненный процесс имеет несколько отчётливых фаз. Они не выглядят иногда последовательными этапами, а походят, скорее, на школу игры на разных струнах души. Доступ к этим струнам открываeтся для нас последовательно, но учиться качественно играть на каждой струне, учиться извлекать стройные аккорды из нескольких струн мы можем всю свою жизнь. Первая струна. Мы рождаемся беспомощными существами, неспособными выжить без родительской помощи. Первая наша наука — научиться владеть своим телом, осознать наличие базовых способов удовлетворять потребности организма, извлекать из него удовольствия и избегать боли. Мы не можем жить, не освоив этой струны, нам крайне трудно действовать в мире, если аккомпанемент нашего тела нарушен. Вторая струна. В самом раннем детстве мы сотканы...
Воронье счастье

Воронье счастье

Жила-была ворона, модница-матрона, любила она всё яркое, блестящее, сияющее, слепящее. Однажды осенью жёлтой на опалых листьях красных посчастливилось той вороне найти ожерелье рубиновое на золотой нити. Обрадовалась ворона — вот это находка! Подхватила с земли на шею её ловко, любуется, летает, камни солнцу подставляет. Красны рубины как листья красные, желто золото, как листья жёлтые — просто загляденье, вороне наслажденье! Хочет плутовка теперь хвалиться, завистью чужой радоваться. Летит ворона над лесами, над болотами, каркает, сверкает вокруг себя лучами. Все вороны слетелись в округе, завидуют своей подруге. Если попадёт какой вороне луч рубиновый в глаз, лишается покоя она враз! Хочется ей ожерелье украсть, светом и блеском насытиться всласть! Стали вороны на себе ожерелье представлять, клювами его хватать, к себе тянуть, трепать, рвать. То одна в него голову просунет, то другая, заметалась, закружилась в небе чёрная стая. А бусы знай себе на солнце сверкают, по перьям бликами равнодушными чиркают, золотой цепочкой манят. Не уступает друг-другу птичья свора! Всё громче крики, всё жарче ссора! И вдруг в одно мгновенье шум прекратился, замер и остановился. Это Солнце на закате последним лучом сверкнуло, цепочку задело, что-то в замке повернуло. Устало Солнце, кончился его жар, а в горле вороньем застрял последний «Карр!» Лопнула цепь золотая, брызнули рубины самоцветные и рассыпались по болотам в разные стороны — ни собрать, ни созвать, ни на нить нанизать! Ушло Солнце за синие горы, светить на нездешние просторы. А здесь осталась ночь темна, да тишина одна. Так и кончилось короткое воронье счастье, хвастливая напасть. Но с тех пор стали люди на болотах находить бруснику ягоду блестящую, красную, вкуснющую. Люди брусникой запасались, лечились, угощались, собирали кланялись, старались. Но ворона про то знать...
Сказочные годы

Сказочные годы

Годы по людям текут как вода дождевыми струями. Чистят им память, смывают ошибки. Нам кажется, сами Мы поднимаемся выше над тем, кем мы были когда-то. Это вода из дождя поит нас радостью или утратой. Пьют эту воду люди корнями своими, и Солнце Их наполняет теплом от макушки до самого донца. Вот и растём мы, земли непослушные дети, Чтобы читать и писать сказки волшебные эти.  ...
Страница 6 из 24« Первая...45678...20...Последняя »